клубfemale
женскихsingle combat
единоборствclub
logo
 

 

Коррида - занятие женское

Artamonova

Corrida is a female activity

Единоборство женщины с быком

Сражаться с быком женщинам запрещали только в XX веке. В католической Испании женщины выходили на арену даже двести лет назад. Знаменитая матадорша конца XVIII столетия Пахуэлера сражалась на аренах Мадрида. А коррида 27 января 1839 года вошла в историю как чисто женская тавромахия: все участники - пикадоры, бандерильеро и матадор - были молодыми женщинами.

Звезда арены прошлого века Мартина Гарсиа была посвящена в матадоры в 1948 году. А легендарная Кончита Синтрон, подруга Хэминнуэя, не смогла пройти этот обряд: взлет ее карьеры пришелся на тридцатые - сороковые годы, когда франкистский режим вообще запретил женщинам сражаться. Кончита была из богатой аристократической семьи, и для нее сделали исключение - разрешили быть конным тореадором. Но она все же сходила с лошади и добивала быка в пешем бою - роль матадора была для нее предпочтительней. Никакого официального статуса у нее не было, но ее называли в числе "пяти всадников апофеоза" - лучших конных тореадоров страны. Когда в 1974 году женщинам снова разрешили становиться матадорами, Кончита Синтрон уже не выступала. Сейчас она живет в Португалии, ей за восемьдесят, и она по-прежнему популярна.

За свою карьеру матадор получает в среднем двадцать ранений рогом. Начинают сражаться пешие тореадоры в восемнадцать - двадцать лет, а учатся с десяти. К сорока годам уже выходят на пенсию, а звездных сезонов в их жизни бывает не больше семи. Гонорар знаменитого матадора на крупной арене - сто тысяч долларов за одно сражение.

Карьера конного тореадора начинается позже - сначала надо стать дрессировщиком, потом подготовить своих лошадей. Мужчины-всадники уходят из большой корриды в шестьдесят, женщины - в сорок лет.

© Журнал "Итоги". № 36(171) от 7 сентября 1999




Лидия Артамонова: “В корриде те же правила, которые применялись в дуэли”
Lidia Artamonova: “The corrda rules are the same as were used on duels”

В начале сентября московские любители захватывающих зрелищ должны были увидеть выступление необычного матадора - женщины, да еще русской. Лидия Артамонова - знаток и поклонник португальской конной корриды, где быка не убивают. (Но в последний момент коррида была запрещена)

В начале осени в Москву придет коррида. Впервые по нашим мостовым, вздымая пыль, проскачут тавромахические всадники (тавромахия - наука о бое быков, их выращивании, выездке лошадей и тренировке тореро). Пресытившимся кинофорумами москвичам уготовано экзотическое зрелище: они смогут увидеть выступления на арене бесстрашной всадницы, дочери Ареса и Гармонии, как сказали бы древние, Лидии Артамоновой (Артамонт). Это в Испании и Португалии женщина-матадор (по-испански "матадора") привычное явление. Российская же публика и мужчин-матадоров видит лишь по телевизору.

Лидия Артамонова - профессиональный матадор и личность преинтересная, как будто заброшенная в наш век из глубин европейской истории. Она родилась в Москве, здесь же окончила школу и романо-германское отделение филфака МГУ. Выйдя замуж за француза, уехала в Париж, училась на социо-экономическом факультете Парижского католического университета. С детства увлекалась лошадьми, выездкой, затем португальской конной корридой. Защитила магистерскую работу на тему "Социальный фактор в корриде. Конфликт между пешей и конной корридой".

Первая попытка Лидии два года назад организовать русскую корриду закончилась печально. К ней обратились люди, обещавшие устроить в России 15 выступлений, вызвали ее в Москву на подписание договора. Потом выяснилось, что это были обыкновенные бандиты, но они прикрывались фиктивными документами из мэрии. "Я отобрала скот и приехала сюда, не зная особенностей российского бизнеса. В контракте у меня стояла неустойка в 300 тыс. долларов, и поэтому я была спокойна. Но мне объяснили, что стоит подумать о себе и о близких, а не о контракте. Меня это шокировало: быки были зарезервированы, мои французские партнеры потеряли какое-то количество денег". Прекрати она тогда поиски, и о корриде в России долго бы еще не вспомнили. Идею нужно было реабилитировать, и в конце концов надежные партнеры были найдены. 8 сентября неподалеку от спорткомплекса "Олимпийский" москвичи увидят бой быков.

Учитывая психологию российского зрителя, Лидия отвергла испанский и выбрала для показа португальский и провансальский варианты корриды. Они в отличие от испанского обходятся без убийства животного. В провансальском не применяется даже бандерилья (гарпун для уколов) - быка просто вытесняют из зоны его "влияния". "Испанский вариант конной корриды близок к шоу: убить быка, поставить лошадь на дыбы и на колени, - говорит Лидия. - Набор дешевых и лишь на первый взгляд сложных трюков. Здесь мало риска и настоящего искусства. Настоящая конная коррида, в которой действительно требуется высокое искусство наездника, - португальская, но немногие это понимают. Здесь нужна искушенная публика".

women-matador Сейчас проект находится в завершающей стадии: уже закуплен скот, построена арена, с артистами заключены контракты . "Поскольку быки взрослые, 4-5-летние, это довольно опасный вариант корриды, - рассказывает Лидия. - Но я все рассчитала, чтобы оградить публику от неприятностей. Арена помещается на трех трейлерах и весит 33 тонны. На такую можно мамонта выпустить. Кроме того, из Португалии приедет лучшая группа фаркадос - пеших усмирителей быков".

На вопрос, может ли в России коррида стать массовым увлечением, Лидия уверенно отвечает: "Может. Коррида - это неповторимое удовольствие. Главное зрелище - это работа лошадей. А тех, кого интересует кровь, бывает не более 15 процентов. Выбирая португальский вариант, мы на них и не рассчитывали".

По словам Лидии, коррида - это еще и путь к возрождению знаменитой латинской школы наездничества. В эпоху мировых войн она была почти повсеместно изжита германской школой упрощенной верховой езды, удобной в военных условиях и необходимой для армейских нужд. Теперь великая латинская традиция через Португалию возвращается и вторично завоевывает Европу. Выступления ее последователей поражают: легкие, как тополиный пух, наездники кажутся танцующими вместе с лошадью в воздухе. Подобные пируэты Лидия демонстрирует на манеже каждое утро.

Общаясь с Лидией, начинаешь понимать, что современный человек находится в абсолютном заблуждении по поводу боя быков. Он, к примеру, свято уверен, что искусство корриды имеет испанское происхождение. Ничего удивительного: даже гордость Испании XX века, философ и писатель Хосе Ортега-и-Гассет, говорил, что у его соотечественников два главных развлечения - коррида и театр. Но возникла коррида все-таки в Португалии, там же сложился и кодекс правил.

Искусство корриды имеет очень древние корни. Оно зародилось в недрах культа Минотавра, который античные историки считали наследием таинственной Атлантиды. Для язычников бык был жертвой, для первых христиан он олицетворял дьявольское начало, затем эти символы слились. Благодаря синтезу традиций в корриде навсегда сохранилось что-то от рыцарского Средневековья и от языческого обряда.

В Португалии коррида издавна считалась привилегией дворян, на ней они оттачивали мастерство, необходимое для войны и для дуэли. И вот в XVII веке во время поединка с быком погибает племянник португальского короля, причем происходит это в момент нанесения быку завершающего удара. Погибли оба - и человек, и животное. После этого убийство быков было запрещено: вступил в силу знаменитый меморандум Кампильо. С тех пор португальская коррида имеет репутацию гуманной и почти бескровной. Это разрушает еще один миф - о том, что в корриде все дело заключается в элементарном (хотя и опасном для матадора) убийстве быка.

Но популярность коррида приобрела именно в Испании. При этом аристократический шарм понемногу тускнел и превращался в обыкновенный азарт, характерный для ипподрома или боксерского ринга. Возбудителями такого ажиотажа служили кровь и смерть на арене. Но, как говорится, грубыми средствами не достичь блаженства. Испанским матадорам трудно приобщиться к "чистому" искусству.

В целом коррида - это чудом сохранившийся осколок той эпохи рыцарства. Правила конной португальской корриды до сих пор строятся на основе рыцарского кодекса чести. Поэтому бык, хоть и незнаком с кодексом, пользуется всеми привилегиями рыцаря, вступившего в поединок с другим рыцарем.

Лидия рассказывает: "Это те же правила, которые применялись в дуэли. Запрещается наносить удар в спину. Нападающий обязан предупредить об атаке. Начиная атаку, быка "зовут": делают жест, означающий, что атака началась, показывают ее траекторию. Еще одно правило: человек в любых условиях, как бы ни складывался поединок, должен защищать прежде всего жизнь лошади, а потом уже свою собственную".

Матадор должен быть справедлив и обладать безупречной репутацией. А что же сам сеньор бык? О, его светлость имеет все данные для того, чтобы стать записным дуэлянтом: ум, хитрость, мужество. Но ему ни за что не позволят выйти на арену хотя бы дважды в жизни. "Это очень опасно для любого матадора. Бык после первого боя слишком много знает. Через полчаса он начинает понимать всю технику боя и помнит ее долгие годы", - объясняет Лидия.

Коррида распространила свое влияние далеко за пределы арены. Лидию всегда интересовали литературные разработки этой темы: "Хемингуэй популяризировал корриду, хотя, на мой взгляд, глубоким знанием ее не располагал. Он имел довольно поверхностные журналистские представления о предмете, но и по ним можно заключить, что корриду он любил. И писал о ней, пожалуй, лучше всех".

А вот миф о корриде из области лингвистики. Борьбу за место под солнцем давно ведут бравый тореро и не менее отважный тореадор. Из этих двоих тореро является настоящим, а тореадорами испанцы в прошлом веке называли пеших французских тореро, подтрунивая над ними. В слове "тореадор" сквозит явный для испанского уха и неразличимый для других оттенок легкого пренебрежения. Но человечество почему-то усвоило именно этот, сомнительный вариант.

Коррида - не только театр, но и разновидность шоу-бизнеса. Однако эта сторона дела не афишируется, суммы гонораров участникам корриды не разглашаются, деньги часто передаются наличными, "под столом". По словам Лидии, страсти здесь подогревает соперничество национальных школ: "В пешей корриде испанцам платят до 100 тысяч долларов за двух побежденных быков. В конной корриде суммы меньше, хотя она считается более престижной, чем пешая, - каждая лошадь стоит 30-40 тысяч долларов". Еще в начале прошедшего века в португальской корриде не брали денег за выступления: считалось, что наездники просто показывают своих лошадей. О времена, о нравы! Теперь для матадоров существует рейтинг (эскалохон), от которого зависит оплата выступления.

Век пешего матадора - 30-40 лет, а конный иногда трудится на арене и до 60. Конец карьере чаще всего кладет не возраст, а элементарный страх. "Вначале, как правило, матадор не боится, - говорит Лидия. - Но с возрастом страх накапливается, и очень важно вовремя сказать себе "стоп". Те, кто вовремя не может остановиться, начинают прибегать к кокаину. Это касается и ассистентов - нередко несостоявшихся матадоров. У меня был хороший ассистент, но когда я узнала, что он нюхает кокаин, рассталась с ним немедленно".

К сожалению, случается, что даже матадоры-профессионалы принимают кокаин. При таком образе жизни их технических навыков хватает ненадолго. "Я знала одного такого матадора. Его карьера длилась всего 4 года. Это был просто конный цирк на арене. Его интересовала только публика, он выдавал максимум дешевого шоу и жестоко относился к лошадям. А плохое отношение к лошадям - это крест на имени матадора в португальской корриде. Ведь от лошади успех поединка зависит на 80 процентов. Это испанцы к лошадям бывают безжалостны и колят им допинги перед выступлениями. Я знаю испанских профессионалов, которые вырабатывают лошадь за 2-3 сезона. Все это только ради денег".

Отношения с экологическими организациями для матадоров и импресарио - болезненная тема. Даже Лидия, пропагандирующая бескровную корриду, подвергается с их стороны обструкции.

"Бескровный вариант очень нравится "зеленым", потому что существование бойцовых быков оправдано только корридой. Не будь корриды, пришлось бы уничтожить большое поголовье животных, поскольку разводить их и опасно, и дорого. Вырываясь на волю, они способны атаковать кого угодно и что угодно. А ведь в одной только Испании 1400 бычьих заводов. Но эта ситуация скорее исключение. Обычно же "зеленые" ничего не хотят слышать. Их не волнует, что состарившуюся лошадь бросают на произвол судьбы, что избиение животных считается нормой. В прошлом году в передаче "Двое" "зеленые" мне заявили, что быков и лошадей мы якобы сдаем на мясокомбинат, и обвиняли меня в том, что я убиваю быков. Такие демарши не требуют никакой ответственности, зато дают дешевую популярность".

Коррида - смесь охоты и балета, дуэльного поединка и античного театра, исполненная, по словам Гарсиа Лорки, божественной геометрии. По азарту она сравнима с тотализатором, по эстетике - с поэзией трубадуров, по накалу страстей и церемониальности - с рыцарским турниром.

Возможность увидеть ее не в жаркой Севилье, а в прохладной и сумрачной Москве отныне не является несбыточной мечтой.

Александр Неверов


“Заграница”
Август 2001г.



>> Женская сила


Пишите Нам / Contact Us

Последнее обновление:

Last updated: