Пришла как-то ко мне пятнадцатилетняя девушка по имени Люда и заявила, что желает заниматься вольной борьбой. Люда сказала, что уже перепробовала множество видов спорта: спортивную гимнастику, волейбол, баскетбол, метание, футбол и т.д., и вот теперь решила попробовать себя в борьбе. Я очень тогда обрадовалась - девушка была идеально сложена для занятий вольной борьбой - высокая, широкоплечая, плотная, без единой капельки жира (даже на ягодицах). При росте где-то 172 она весила не менее 70 кг. Она тут же, с спортивном зале, продемонстрировала упражнение на мужских брусьях, походила на руках, изобразила мостик. Она даже забралась на брус и бесстрашно по нему прошлась. Она была удивительно гибка, ловка и смела - лучшего подарка как тренеру мне и не мечталось получить. Для начала, я попросила одну из моих девочек посоревноваться с ней в армреслинге, хотя она слегка уступала Люде в габаритах. Люда без труда одолела свою соперницу на обеих руках. Тогда я выставила против нее сильного парня-одногодка. На правых Люда уступила ему, однако умудрилась продержаться в течение нескольких минут. А на левых, после пятиминутной борьбы была зафиксирована ничья. Люде очень понравилось у нас, и она стала регулярно посещать секцию. На тренировках по отрабатыванию приемов я ставила ее против мальчиков, потому, что для девочек она была слишком крупна и сильна. Она быстро набиралась опыта, подкачивала шею и мышцы, упорно тренировалась и упражнялась. Мы с ней скрупулезно отрабатывали приемы борьбы в стойке. Все шло великолепно, и я уже размечталась о том, что сумею подготовить чуть ли не олимпийскую чемпионку. Хотя мы с Людой еще не дошли до реальной борьбы, мы оттачивали отдельные приемы. В тренировках она проявляла чудеса сноровки и упорства, и практически ничем не уступала мальчикам. Она великолепно исполняла броски через бедро, броски различными захватами ног и другие приемы перевода и сбивания. Я часто стояла с ней в спарринге и физически ощущала ее недюжинную силу и ловкость.
Люда стала проявлять нетерпение и буквально требовала дать ей реально побороться, но я с этим не спешила, зная, что слишком быстрое вовлечение в реальную борьбу часто отталкивает девочек. Я убеждала ее, что ей еще необходимо отработать приемы борьбы в партере, которые не менее (если не более) важны для борца. Я стала лично работать с ней в партере, чтобы не смущать ее контактом с мальчиками. Я показывала ей каждый прием на ком-нибудь, а затем становилась в партер и Люда отрабатывала его на мне. Признаюсь, помяла она меня изрядно, ощущение было, что с тобой работает мужчина, по крайней мере, зрелый подросток. Я не могла нарадоваться на ученицу, так, что другие девочки стали даже слегка ревновать и завидовать Люде.
Но как только я стала обучать ее защищаться и сопротивляться в партере, начались проблемы. Когда я пыталась проводить на ней перевороты из партера на туше, Люда стала вдруг чувствительной к ущемлениям и мелким синякам. И вообще, ей активно не нравилась борьба в партере. Она, в частности, жаловалась на неудобства в груди. Как мы не старались подобрать ей протектор, ничего не получалось. Я очень расстраивалась и голову ломала, как заставить ее привыкнуть к этим неизбежным издержкам вольной борьбы. Люда заметно погрустнела, настроение ее упало. Тем не менее, она по-прежнему требовала дать ей побороться. Я все же решилась попробовать и для начала попросила самую опытную нашу девочку составить ей спарринг и помочь ей преодолеть неприятие контактной борьбы в партере и не атаковать самые уязвимые ее места. Девочку звали Тоня, и она сильно уступала Люде в весе и росте, хотя была уже достаточно опытным борцом. Девушки начали бороться, Люда легко сбила Тоню с ног и стала пытаться ее тушировать, как ее учили. Но тут уже была не тренировка, а реальная (хоть и тренировочная) схватка, Тоня стала сопротивляться и проводить контрприемы, подмяла под себя Люду, а перед тем как провести победный переворот на туше, она выжидающе посмотрела на меня. Я велела прекратить схватку, похвалив обеих участниц. Но Люде это не понравилась, она не осознала, что была в волоске от поражения на туше и настоятельно потребовала продолжить поединок. Я дала девушкам отдохнуть, и они начали сначала. Теперь девушки стали бороться азартнее, в охотку. Я подумала, что азарт к борьбе поможет Люде преодолеть негативные ощущения, и я уже не встревала в подинок как тренер, а выполняла формальную роль судьи. Девушки боролись самозабвенно, а Тоня давно забыла о моих просьбах щадить Люду. Да вроде и не было в этом нужды, та была крупнее и сильнее ее. На борющихся сошлись посмотреть все ребята, находившиеся в зале. Но, как иногда случается, во время поединка между девочками возникло что-то личное. Люде не нравились плотные захваты за туловише и она резко отбивалась локтями, фактически нанося сопернице удары, хотя и несильные. Я ей вежливо сделала замечание и настоятельно попросила не наносить удары. Тоня тоже разозлилась на Люду и усилила натиск, благо техника у нее была отменная. Она прочно захватила соперницу, лежащую на животе, под плечо, уперлась той в шею и эффектно перевернула ее на туше, уверенно удерживая ее за шею. Люда стала громко протестовать, что мол Тоня борется нечестно, специально делает ей больно и даже мол специально защипывает ей кожу. Не имея возможности выйти из туше, Люда стала лупить Тоню руками куда попало, хватать за волосы и пыталась даже использовать ноги. Пришлось мне и моим ребятам их разнимать. Обе девчонки расплакались. Тоне было обидно, ведь она боролась честно против соперницы на две-три категории тяжелее, а та позволила себе вести себя неспортивно. А Люда буквально билась в истерике, жаловалась на ущемления и ушибы и ругалась на Тоню, на меня и на всех присутствующих. Больше она в зал не приходила, как мы не уговаривали ее и ее родителей. Говорят, она нашла себя в карате.
Я до сих пор огорчаюсь, вспоминая Люду и ее блестящие борцовские данные, которые нам не удалось реализовать. Я не утверждаю, что такое поведение типично именно для девушек, но у мальчиков я ничего подобного не наблюдала, хотя, конечно, и мальчики уходят из секции, но совсем по другим причинам. По моим наблюдениям, девочки доподросткового возраста тренируются и борются смело, без оглядки. Но, к сожалению, когда они подрастают и становятся зрелыми девушками, многие из них из борьбы уходят, то ли она их перестает интересовать, то ли они становятся более чувствительными... Зато те, кто остается, преданы борьбе беззаветно.
|
